Дмитрий Кузнецов

Родился в 1967 г. Окончил Литературный институт им. А.М. Горького (1993 г.), с 1995 по 2002 гг. — тележурналист ГТРК «Калуга», в настоящее время работает пресс-секретарем калужской компании, член Союза писателей России и Союза журналистов России.

Книги: «Русская рулетка» (Калуга: Весть, 1993), «Белый марш» (Калуга: Гриф, 2005); коллективные сборники: «Русская школа» (Самара: Индекс, 1994), «Золотая аллея» (Калуга, 1999); И. Савин «Всех убиенных помяни, Россия…» — составление и предисловие (М.: Российский фонд культуры, 2007).

Публикации в журналах: «Нева», «Москва», «Слово», «Наш современник», «Траектория творчества» и др.

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна



Я русскими их не считаю!
Они за ворованный куш
Смешались в безликую стаю
Под вопли картавых кликуш.
Россия...Тугая удавка
На горле,и взгляд неживой.
Какой-то расхристанный Павка
Готовит пожар мировой.
Чапай по Уралу гуляет,
Будённый седлает коняг,
И с хохотом пленных стреляет
Геройский матрос Железняк.
Дымится несжатое поле,
Грохочут бронёй поезда...
По чьей же губительной воле
В бесовском порыве тогда
Империю кличем взорвало:
-Сломать,уничтожить,распять?!
Столетье с тех пор миновало.
Но всё же опять и опять
Я в прошлом душой прорастаю,
Я вижу вершителей зла,
Я русскими их не считаю,-
Из бездны их тьма принесла.

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна



В городке заброшенном,
У великой прерии,
Что в дали теряется,
Как в морских волнах,
Поминая прошлое
Рухнувшей Империи,
Вот уже столетие
Молится монах.

Лишь в глазах видна ещё
Сила богатырская,
Но не сдвинуть посоха
Старческой руке,
Всё его пристанище -
Келья монастырская,
Сумрачная комната
В знойном городке.

Там по стенам каменным -
Русские иконы,
Свет лампад таинственно
Льётся сквозь века,
Озаряя пламенем
Чёрные погоны
Генерала Маркова
Славного полка.

В юности получены,
Как награда царская,
О которой давняя
Память горяча.
У донской излучины
Пуля комиссарская
Зацепила полосу
С левого плеча.

Были вёрсты снежные,
Были годы страшные...
И порою кажется,
Что во мгле ночной,
Возвращая прежнее,
Словно дни вчерашние,
Горький ветер времени
Дует за стеной.

И опять встают бойцы,
Штурмовые роты
Чей-то голос сорванный
Рассыпает в цепь,
И шагают марковцы
В рост на пулемёты,
Кителями чёрными
Покрывая степь.

Только вздох молитвенный,
Миражи стирая,
Заглушает в памяти
Пуль звенящих рой.
Исступлённой битве той
Нет конца и края,
Но душа усталая
Не покинет строй.

Так у зноем выжженной
Необъятной прерии,
Где седого воина
Бросила судьба,
За народ униженный
Рухнувшей Империи
Целое столетие
Слышится мольба.

А погоны ветхие
Звёздами проколоты,
Их не тронет тление,
Обращая в прах.
И слова заветные,
Трепетное золото
Вечного моления,
Всё твердит монах.

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна

 

 

Чёрных «Максимов» стальное убранство,

Хищная тень на разбитом полу...

Где оно ныне, толстовское чванство,

Модное «непротивление злу»?

Тут невозможно самим разобраться,

В тьме революций безумие есть.

Но потому и приходится драться,

Что остаются присяга и честь.

Впрочем, довольно высокого штиля!

К черту слова, надоели они.

Те, кто убиты, уже заплатили

По векселям вековой болтовни.

Жажда томит, и так хочется хлеба,

Синего неба, пасхального дня.

Светлые лики Бориса и Глеба

Скорбно глядят из завесы огня.

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна

 

 

Город важный, ветер влажный,

Полночь, улица тиха...

И душа, как лист бумажный,

Гибнет в пламени стиха.

Ах, какой нелепый случай!

Память рифмами пьяна:

...Мчатся тучи, вьются тучи,

Невидимкою луна

Сквозь волнистые туманы

Озаряет наяву

Молчаливые фонтаны

И застывшую Неву,

Колоннады, равелины,

В небо рвущихся коней,

Все легенды и былины

Прежних лет и новых дней...

Город важный, город страшный,

Город, спящий на ветру,

Где, сгорев, как лист бумажный,

Я когда-нибудь умру —

Не от пули, не от яда,

Не от собственной вины,

От мучительного взгляда

Угасающей луны.

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна

 

 

Караулы у дворца,

Часовые на пороге,

С утомлённого лица

Не слетает тень тревоги.

Жёлтый диск горит в окне,

Спит мятежная столица,

В напряжённой тишине

Остаётся лишь молиться,

Чтоб утих девятый вал

Взбаламученной России,

Чтоб отец поцеловал

Жаркий лоб Анастасии,

Чтоб вернулся Он живым

Из предательского плена

По дорогам роковым,

Там, где трусость и измена,

Словно призраки смертей,

Окружают, нависают...

Только б выручить детей!

Поздно. Свечи угасают.

И во тьме стоит одна,

Дав слезам беззвучно литься,

Разлучённая жена,

Бывшая Императрица.